Он сидел, но завалился на бок. Рот широко открыт, глаза вытаращены. — Это я! Где я? Почему? За что? Я же все сказал! Сквозь нарастающую волну новых звуков, сквозь вой, плачь, хохот и вопли ужаса, чистый детский голос пропел ему прямо на ухо: «Здравствуй, детка, пора умереть, Ты же так не хотела стареть, Уходи, улетай, умирай. Ждет тебя кокаиновый рай».